Сочтём вместе
СократПодсчитай же вместе со мной, что у нас получается из того, в чём мы согласились. Ведь, говорят, прекрасное и дважды, и трижды прекрасно и сказать, и рассмотреть. Мы говорим, что рассудительный и мужественный — хороший. Не так ли?
КалликлДа.
СократА безрассудный и трусливый — дурной?
КалликлКонечно.
СократА тот, кто радуется, опять-таки хороший?
КалликлДа.
СократА тот, кто огорчается, — дурной?
КалликлНеизбежно.
СократА огорчаются и радуются хороший и дурной одинаково, а может быть, дурной даже больше?
КалликлТак.
СократЗначит, дурной становится дурным и хорошим так же, как хороший, или даже более хорошим? Разве не это следует, а вдобавок и то, прежнее, если кто-нибудь скажет, что приятное и благо — одно и то же? Разве это не неизбежно, Калликл?
КалликлЯ давно уже слушаю тебя, Сократ, и со всем соглашаюсь, а сам замечаю: стоит кому-нибудь хоть в шутку уступить тебе в чём угодно, как ты с радостью за это хватаешься, словно мальчишка. Как будто ты и вправду думаешь, что я или кто угодно другой не считает одни удовольствия лучше, а другие хуже.