Чесотка и последовательность
СократПрекрасно, милейший. Продолжай же так, как начал, и смотри не отступай из стыда. Но и мне, похоже, нельзя отступать из стыда. И прежде всего скажи, можно ли жить счастливо тому, у кого чесотка и кого тянет чесаться, кто может чесаться вволю и всю жизнь проводит почёсываясь.
КалликлКакой же ты странный, Сократ, — попросту народный оратор!
СократВот потому-то, Калликл, Пола и Горгия я и ошеломил, и заставил стыдиться, а ты уж точно не будешь ошеломлён и не устыдишься: ты ведь мужественный. Но только отвечай.
КалликлНу так вот: я говорю, что и тот, кто чешется, прожил бы приятно.
СократЗначит, если приятно, то и счастливо?
КалликлКонечно.
СократТак что же, если его тянет чесать одну только голову — или о чём ещё мне тебя спросить? Смотри, Калликл, что ты ответишь, если кто-нибудь станет спрашивать тебя подряд обо всём, что с этим связано. И раз уж всё это таково, то голова всему этому, жизнь кинедов, — разве она не ужасна, не постыдна и не несчастна? Или ты осмелишься сказать, что они счастливы, если у них вволю того, в чём они нуждаются?
КалликлИ ты не стыдишься, Сократ, вести разговор к таким вещам?
СократДа разве это я веду туда, благородный мой, а не тот, кто вот так без удержу утверждает, что радующиеся, как бы они ни радовались, счастливы, и не различает среди удовольствий, какие хорошие, а какие дурные? Но и теперь ещё скажи: говоришь ли ты, что приятное и благо — одно и то же, или что среди приятного есть нечто, что не есть благо?
КалликлНу, чтобы моё рассуждение не оказалось несогласным с самим собой, если я скажу, что это иное, — говорю, что одно и то же.